• Evgeniya Gorobets

6-ая Уральская индустриальная биеннале

Пара слов о The Ural Industrial Biennial of Contemporary Art


Честно, голова уже болит от двух полярных мнений, которые сейчас обсуждают в Екатеринбурге. И находятся они на абсолютно разных полюсах - от позитивных восторгов до полного провала всей биеннале.


Для меня все происходящее тоже распалось на 2 части. Но не по оценке, а по отношению куратор-художник, внешнее-интимное. Несмотря на то, что в программу заложено 3 составляющих: основной проект, проект арт-резиденций и спец проект, для меня главными линиями стали 2.


Скорее даже так: дать какую-то оценку я могу двум проектам - основному и арт-резидентскому. Остальное пока не поддаётся рефлексии.


(На сайте биеннале основной проект распределён на несколько площадок. Но бОльшая часть находится на Заводе, и именно это далее в посте нужно подразумевать под основным проектом)


Итак, 2 линии: от куратора(ов) и от художника(ов). И/или интегрированное внешнее и интимное локальное.


Именно так, а не «основной проект» и «проект арт-резиденций».


Та экспозиция, которая представлена на Заводе, - это кураторская работа ( Аднан Йылдыз, Чала Илэке, Ассаф Киммель), где имена художников часто опускаются. И самое жаркое сейчас обсуждение происходит именно из-за того, что жестом куратора была сделана (неудачная с точки зрения обсуждающих) попытка объединить несовместимое. И интервенция истории Турции на уральскую землю много кого триггерит. Скорее даже не это, а совмещение «чужой» истории и локального контекста. Да, на одной открытой площадке находятся и художественные переосмысления последствий ядерных испытаний, происходящих рядом с Екатеринбургом, и военных турецкий переворотов, и интимное переживание навязанного пандемией одиночества.


Вторая линия распределена по нескольким городам, и слушая описание проектов скорее цепляешься за имена художников, а не куратора (Владимира Селезнёва). Художникам были предоставлены различные локации и их истории для создания своего взгляда. Да, там тоже было не все гладко, и некоторые проекты приходилось менять в процессе их создания под оптику партнеров, на чьих территориях все и творилось. Но центром программы арт-резиденций является художник, его предыдущий опыт и его рефлексия местных нерассказанных историй.


Более того в город, где находится проект Pavel Otdelnov, официально не пускают иностранцев (это я). Одни говорят, что можно не афишировать и все же приехать, другие со страхом говорят о «большом брате», которое определяет иностранца даже по запаху и «делает больно». Я трус, поэтому смотрела этот проект по видео-документации и фотографиям.


У меня в голове пока сложилась такая картина: есть иностранный кураторский проект с внешним взглядом и есть что-то очень интимное и близкое местному сообществу.


Хотя… насколько отличны травмы «чужой» страны от российских? Неужели звучание другого языка, музыки, начертания знаков (текстов) не позволяет увидеть общее, понятное людям из разных географических локаций?.. Отсутствие перегородок и стен на территории цеха, мне кажется, как раз об этом…


——

Про перформансы в цирке ничего сказать не могу, так как запах «цирка» и технические неполадки на вернисаже мешали восприятию художественных смыслов. 1 октября было слишком много шуток про то, что современное искусство воняет навозом, и мне нужно время забыть этот юмор и понять, что «хотел сказать художник» на территории цирка.


——

Ещё была совершенно замечательная параллельная программа (спец проекты), но о ней тоже потом - ещё не все посмотрено.